«Часто из уха тек гной, вся голова – в незаживающих язвах». Как власти наплевали на пострадавших в аварии на «Маяке»

Незаживающие язвы, проблемы с позвоночником, отказывающие ноги, патологии сердечно-сосудистой и эндокринной системы, – вот краткий список заболеваний, с которыми живут южноуральцы, пострадавшие в аварии на «Маяке». Трагедия произошла более 60 лет назад, и современникам может казаться, что от нее остались только воспоминания. Зараженные территории реабилитированы, а для тех, кто попал в эпицентр тех страшных событий, определено много льгот. Но эти люди, а их почти 12 тысяч на Южном Урале, до сих пор живут в постоянной борьбе за свои права и все чаще проигрывают ее в силу возраста, здоровья и неповоротливости бюрократической машины. Не все однозначно и с позиции власти. УралПолит.Ru попыталcя разобраться в кафкианском замке для «маяковцев», которые уже не могут плутать по его коридорам.

Все утрясено?

Производственное объединение «Маяк» – предприятие ядерной энергетики, расположенное в закрытом городе Озерск Челябинской области. В 1957 году здесь произошла авария, последствия которой оцениваются как одни из самых тяжелых после Чернобыля и Фукусимы. Из-за выхода из строя системы охлаждения на химкомбинате взорвалась емкость для хранения радиоактивных отходов. В зоне поражения оказались несколько близлежащих деревень.

Сейчас выделено несколько категорий людей, пострадавших от той ядерной катастрофы. Это ликвидаторы, эвакуированные, добровольно выехавшие и проживающие в населенных пунктах, которые подверглись радиационному заражению. В зависимости от статуса, они получают ежемесячные выплаты от 970 рублей до 20 тысяч рублей.

В министерстве социальных отношений Челябинской области сообщают, что этим гражданам также положены денежные компенсации каждый месяц на продовольствие, оплату ЖКХ и раз в году – на оздоровление. Также они имеют право на дополнительную медицинскую помощь, обеспечение лекарствами и путевками в санатории при наличии показаний, бесплатный проезд до места лечения и обратно.

«Меры социальной поддержки предоставляются в полном объеме. Жалоб по выплатам, как правило, не бывает: в этих вопросах все давно утрясено», – пояснила пресс-секретарь ведомства Елена Давлетшина.

Однако сами «маяковцы» говорят, что получить поддержку государства не так-то просто, а той, что есть – недостаточно. Так, компенсационные выплаты на приобретение продовольственных товаров «лучевикам» (тем, кто заболел в результате облучения) составляют 900 рублей в месяц, а эвакуированным и того меньше: всего 600 рублей. Индексация пенсий значительно отстает от инфляции, да и эти деньги нередко приходится «выбивать» через суд.

«Достали уже!»

Такова, например, история эвакуированной Лиры Егоровой. Она была 10-летней девочкой, когда произошла авария на «Маяке». После этого начались болезни.

«Часто из уха тек гной, вся голова – в незаживающих язвах, а до 40 лет регулярно кровь из носа шла. Бегать в детстве я не могла, потому что сильно болели ноги. Да и сейчас я еле хожу», – рассказала пострадавшая.

Лира Егорова рассказала, что ей шесть лет пенсионный фонд не начислял положенные социальные выплаты – пришлось судиться, чтобы добиться правды. В Совете регионального общественного движения «Маяк надежды», которое создано для помощи пострадавшим на химкомбинате, говорят, что такие суды – частая история в отношениях «маяковцев» и пенсионного фонда. Минсоц назначает выплаты и отправляет в пенсионный фонд, и тут начинаются проблемы.

«Мы неоднократно судились с пенсионным фондом. Например, у Бибикамал Халиулиной был статус – эвакуированная. Она подала документы на связь заболевания с радиацией. В соцзащите сказали – идите в пенсионный, вам увеличат выплату. Она пошла, а там сидит такая девочка и говорит: ходите тут, достали уже! Так и сказала. Ничего не сделала, и человек три года получал пенсию на три тысячи меньше и ежемесячную денежную выплату ниже на 500 рублей», – рассказала председатель Совета Вера Кузнецова.

Когда Совет вмешался, пенсионный фонд повысил начисления для Бибикамал, но перерасчета за предыдущие годы удалось добиться только в суде.

Болеть можно только до 18-ти

И это далеко не единственная проблема «маяковцев». Людям трудно связать свои заболевания с последствиями аварии на химкомбинате, поскольку официальный их перечень ограничен. Приходится сталкиваться с трудностями и при получении медицинской помощи, которая оказывается пострадавшим в той аварии в общем порядке по полису ОМС. В общественной организации считают, что «маяковцам» нужны специалисты, имеющие отношение к радиационной медицине.

Безрезультатны также многолетние попытки пострадавших на «Маяке» добиться льгот для своих потомков. Закон предусматривает меры социальной поддержки детям первого и второго поколений «маяковцев»: это льготное медицинское обслуживание, льготы на оплату коммунальных услуг, компенсация расходов на питание в случае болезни, 100% оплата больничного тем, кто ухаживает за ребенком. Но при достижении совершеннолетия дети пострадавших лишаются всех льгот.

«Как будто после 18 лет последствия радиации куда-то улетучиваются, и у человека нет больше проблем. Льготы снимают, лекарства не дают. Оформляется инвалидность на общих основаниях. Это же неправильно», – отметила Вера Кузнецова.

Нужны изменения в законе

Те «маяковцы», кто еще в состоянии, обращаются к правозащитникам, правительству, депутатам, ищут помощи у южноуральского омбудсмена.

В аппарате уполномоченного по правам человека Челябинской области рассказали, с какими вопросами к ним обращаются граждане, пострадавшие вследствие аварии на «Маяке». Это отсутствие надлежащей, по мнению заявителей, индексации ежемесячных выплат, перерасчет пенсий «лучевикам» и гражданам с заболеваниями или инвалидностью, которые связаны с радиационным воздействием, несвоевременная выдача жилищных сертификатов гражданам такой категории.

«Ряд обращений связан с отказом в присвоении статуса пострадавшего на «Маяке». Граждане не имеют достаточных документов для его подтверждения, либо в законе отсутствует соответствующая категория граждан. К сожалению, во многих случаях суд отказывал в требованиях об установлении юридического факта. Иной способ решения данных проблем – это изменение законодательства», – сообщили в аппарате омбудсмена.

В законодательном собрании Челябинской области рассказали, что с 2011 года «маяковцев» на законодательном уровне приравняли к «чернобыльцам», расширив категории льготников. Но изменить подход к вопросу льгот для детей и потомков этих граждан не удалось.

«У нас были соответствующие инициативы, но они были отклонены Госдумой и не получили поддержки правительства РФ», – отметила руководитель пресс-службы заксобрания Ольга Лихачева.

«Маяк надежды» хранит кипу бумаг, касающихся борьбы за права пострадавших; частый ответ чиновников: «это нецелесообразно»

Продвижение поправок на федеральном уровне лоббировал депутат Госдумы РФ от Челябинской области Анатолий Литовченко. «Я этой проблемой занимался и занимаюсь. Чернобыльцев и «маяковцев» прировняли не во всем. Так, чернобыльцы и в третьем поколении подпадают под льготы, а «маяковцы» – только в первом и втором. И если после 18 лет проявилась болезнь, пострадавшие на «Маяке» не получают льготу, а чернобыльцы получают. Я обращался по этому поводу в прежнее правительство, сейчас обратился к новому премьер-министру [Михаилу Мишустину] с этим вопросом. Но сейчас, видите, коронавирус, деньги нужны в первую очередь на льготы всем людям. Мы планируем с обществом «маяковцев» также обратиться в Конституционный суд», – рассказал депутат.

Отказ предыдущего состава правительства Анатолий Литовченко связывает с несколькими моментами. «Сначала был ответ, что при авариях на «Маяке» и в Чернобыле был разный уровень радиации. Я сделал запросы в шесть институтов РФ, которые этим занимаются, и получил ответ, что этот вопрос не настолько изучен, чтобы так заявлять. Я пришел к выводу, что основная причина для отказа – это необходимость дополнительного финансирования», – сказал Анатолий Литовченко.

В правительстве Челябинской области также признали, что бессильны изменить ситуацию с потомками «маяковцев». Как рассказала первый вице-губернатор региона Ирина Гехт, позиция федеральных властей непреклонна уже многие годы. «Наши многочисленные обращения и в Госдуму, и в министерства труда и социальной защиты вызывают отрицательную реакцию по разным критериям. Нам поясняют, что в юридической практике нет понятия «потомки», и расширение категории не предусмотрено этим законом», – пояснила вице-губернатор.

Ирина Гехт также добавила, что сейчас в правительстве отрабатывается механизм приоритетного медицинского сопровождения детей и потомков тех, кто был либо ликвидатором, либо жителем зараженной территории.

Неожиданную точку зрения высказала депутат законодательного собрания региона Ольга Мухометьярова. «Почему они («маяковцы») решили, что другие жители Челябинской области здоровы? Давайте будем объективно смотреть на вещи, что если завтра мы объединимся в какую-то группу, то тоже можем начать требовать льгот. Мы живем на Южном Урале – мы уже группа риска, каждому живущему в Челябинской области доплачивать надо», – сказала депутат.

На момент выхода публикации ответ на редакционный запрос, направленный в Пенсионный фонд России, несмотря на истечение всех сроков, так и не поступил.

Выдачей жилищных сертификатов отдельным категориям «маяковцев» теперь занимается министерство общественной безопасности региона (ранее – эти функции выполняло министерство по радиационной и экологической безопасности, ныне переименованное в просто минэкологии, – прим.ред.). На сайте ведомства сообщается, что по данным на декабрь 2018 года в регионе оформлено 149 сертификатов на общую сумму 304,74 млн рублей. Данные за минувший год пока не обновлялись.

Авторы: Евгения Парникова, Наталья Горюнова; инфографика: Елена Майорова

© Евгения Парникова

Источник: uralpolit.ru

Опубликовано 30 мая 2020 в 08:54. Рубрика: новости. Вы можете следить за ответами к записи через RSS.
Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.